ГЛАВНАЯ О САЙТЕ НАШЪ МАНИФЕСТЪ НАШИ ДНИ ВѢРУЕМЪ И ИСПОВѢДУЕМЪ МУЗЫКА АЛЬБОМЫ ССЫЛКИ КОНТАКТЪ
Сегодня   18 ОКТЯБРЯ (5 ОКТЯБРЯ по ст.ст.) 2017 года




Долой фальсификаторовъ исторіи! Часть IV. Миѳъ о «матчѣ смерти».

 

Основанное на безпредѣльномъ и циничномъ насиліи существованіе «Совѣтской Родины» не могло быть долговременнымъ и прочнымъ, если бы это насиліе не было прикрыто соотвѣтствующимъ количествомъ столь же безграничной и циничной лжи.  Ложь и насиліе — вотъ тѣ два кита, на которыхъ стоялъ богомерзкій СССР, пускавшій поперемѣнно въ ходъ то наглую ложь, чтобы оправдать свое насиліе, то жестокое насиліе, чтобы насадить и утвердить безстыдную ложь.

Рекордсменомъ по лжи и насилію за всю исторію СССР является, безусловно, эпоха такъ называемой «великой отечественной войны» и всё, что съ нею связано. Невѣроятное, жесточайшее насиліе, употребленное совѣтскимъ режимомъ въ этой войнѣ, и пролитые имъ океаны крови, требовали, соотвѣтственно, и океанскаго количества самой безпардонной и запредѣльной лжи. Океаны лжи требовались и потому, что самъ терминъ «великая отечественная война» былъ однимъ изъ тѣхъ  пропагандистскихъ терминовъ, которые вообще никакъ не соотвѣтствовали дѣйствительности, поэтому лгать въ данномъ случаѣ приходилось съ удвоенной, утроенной и удесятеренной силой. 

Совѣтско-германская война 1941-45 годовъ вовлекла въ столкновеніе два государства — Германію и СССР, и три главныхъ народа — нѣмецкій, русскій и совѣтскій, изъ которыхъ только первый имѣлъ свое Отечество — Fаterland, тогда какъ второй лишился его въ результатѣ Гражданской войны 1917-22 годовъ и не имѣетъ его до сихъ поръ, а третій и вовсе никогда его не имѣлъ, ибо у «пролетаріевъ», какъ извѣстно, «нѣтъ отечества», да и безъ этого ясно, что у совѣтскаго человѣка, отрекшагося сразу отъ трехъ отцовъ (Бога-Отца, батюшки Царя и родного отца — «врага народа»), Отечества не можетъ быть въ принципѣ. Такъ что, если это война и была «отечественной», то лишь со стороны нѣмецкаго народа, который стремился спасти Faterland отъ уничтоженія его совѣтскимъ народомъ, русскій же народъ въ этой войнѣ дѣйствовалъ на сторонѣ нѣмецкаго, ибо это былъ единственный способъ вернуть себя свое Отечество — христіанскую Россію, ранѣе уничтоженную жидами и совѣтскимъ народомъ.

Понятно, что въ такихъ условіяхъ превратить Совѣтско-германскую и Вторую Гражданскую (Русско-совѣтскую) войну въ «великую отечественную» красный агитпропъ могъ только ложью, ложью и ещё разъ ложью. И она полилась обильными и нескончаемыми потоками.

Стержневой ложью въ этой мутной и зловонной пропагандисткой жижѣ стало утвержденіе, будто Совѣтско-германская война была войной расовой, въ ходѣ которой  нѣмцы, возомнившіе себя «высшей расой» — арійской, стремились полностью уничтожить «низшую расу» — русскихъ и другихъ «унтерменшей».  По поводу пресловутыхъ «унтерменшей» нашей Редакціей уже дано исчерпывающее разъясненіе въ соотвѣтствующемъ матеріалѣ, что же касается «арійцевъ», то въ Третьемъ Рейхѣ всѣ славянскіе народы, включая русскій, относились къ народамъ арійскимъ, о чемъ можно узнать изъ другого матеріала нашего сайта, а также изъ приводимаго ниже объявленія.

 

Расовый же характеръ этой войнѣ стремилась придать какъ разъ совѣтская пропаганда, которая устами Эренбурга и другихъ придворныхъ сталинскихъ евреевъ нагнетала животную ненависть къ нѣмцамъ, призывая красноармейцевъ убивать нѣмецкихъ солдатъ и гражданскихъ лицъ какъ можно больше и убивать ихъ именно за то, что они нѣмцы.

Но въ головы одураченнаго совѣтскаго человѣка десятилѣтіями вколачивалось прямо противоположное: ужасные «гитлеровскіе палачи» вторглись въ предѣлы «нашей священной совѣтской Родины» съ цѣлью «истребить русскій народъ» и сдѣлать его рабомъ «высшей арійской расы». И совѣтскій человѣкъ, порвавшій всякую связь съ Богомъ и русской исторіей и лишенный вслѣдствіе этого способности адекватно воспринимать окружающую дѣйствительность, десятилѣтіями вѣрилъ этой примитивной лжи и вѣритъ ей до сихъ поръ.

Для подкрѣпленія своей лжи совѣтская пропаганда пускалась на самыя невѣроятныя ухищренія. Десятками и сотнями выдумывались фантастическія сказанія и байки, противорѣчащія не только историческимъ документамъ и элементарной логикѣ, но порой и физическимъ законамъ. Но наиболѣе популярной формой лжи стало простое передергиваніе фактовъ. Брался какой-нибудь реальный случай и полностью извращался до неузнаваемости, въ результатѣ чего получалась нужная фальсификаторамъ картина.  Такимъ путемъ было сочинено несчетное количество миѳовъ, которые и образовали идеологическую канву никогда не существовавшей «великой отечественной войны».

 Однимъ изъ такихъ миѳовъ является знаменитый миѳъ о «матчѣ смерти», явившейся результатомъ «творческой» переработки совѣтскими фальсификаторами исторіи одного эпизода изъ футбольной жизни г. Кіева лѣтомъ 1942 года въ періодъ нѣмецкой оккупаціи.

Согласно канонической версіи этого миѳа нѣмецкіе фашисты задумали организовать въ оккупированномъ Кіевѣ футбольный матчъ между мѣстнымъ «Динамо» и лучшими футболистами «Люфтваффѣ» съ цѣлью продемонстрировать неоспоримое спортивное превосходство «арійцевъ» надъ русскими «унтерменшами».  Но чтобы ненарокомъ не осрамиться передъ мѣстнымъ населеніемъ, гитлеровцы для подстраховки требуютъ у совѣтскихъ спортсменовъ проиграть матчъ, угрожая въ противномъ случаѣ разстрѣломъ. Но патріоты нашей Совѣтской Родины мужественно отвергаютъ этотъ ультиматумъ врага и обыгрываютъ его футбольную команду, несмотря на предвзятое и несправедливое судейство, а также грубую игру и неспортивное поведеніе нѣмецкихъ игроковъ. Озлобленные пораженіемъ гитлеровцы сразу послѣ завершенія матча увозятъ отважныхъ совѣтскихъ спортсменовъ на казнь. Вѣчная слава героямъ, побѣдившимъ въ «матчѣ смерти». Такова каноническая версія.

Разумѣется, все въ этой версіи лживо отъ начала и до конца за исключеніемъ того факта, что лѣтомъ 1942 года въ футболъ въ Кіевѣ дѣйствительно играли.

О подлинной исторіи «матча смерти» разсказывается въ публикуемой ниже статьѣ Сергѣя Неподкосова, впервые появившейся въ журналѣ «Эхо войны», который остается однимъ изъ немногихъ журналовъ, гдѣ ещё можно писать историческую правду, столь ненавистную путинскимъ фальсификаторамъ исторіи.

 

      

Сергѣй Неподкосовъ

 

Правда о «матчѣ смерти»

 

«Многіе наши соотечественники, въ особенности старшее поколѣніе, хорошо помнятъ совѣтскую кинокартину «Третій таймъ», въ которой показанъ             уникальный футбольный матчъ въ оккупированномъ Кіевѣ между мѣстнымъ «Динамо» и «Люфтваффѣ». По сюжету оккупаціонныя власти организовываютъ эту игру съ одной цѣлью — выставить на посмѣшищѣ спортивныя способности «унтерменшей» передъ непобѣдимыми «арійцами». А чтобы не случилось «прокола» передъ порабощеннымъ населеніемъ гитлеровцы прибѣгаютъ къ шантажу своихъ соперниковъ: проигрышъ въ матчѣ — сохраненіе жизни, побѣда — смерть. Однако мужественные совѣтскіе патріоты съ презрѣніемъ отвергаютъ недостойное предложеніе врага и обыгрываютъ его футбольную команду. За свой героическій поступокъ они расплачиваются жизнями — сразу послѣ завершенія матча отважныхъ спортсменовъ увозятъ на разстрѣлъ. Идеалы честной спортивной борьбы вѣроломно попраны, игра превратилась въ настоящій «матчъ смерти». Какъ же въ дѣйствительности обстояло дѣло съ той легендарной кіевской встрѣчей?

Нѣмецкіе футболисты регулярно устраивали футбольные матчи на оккупированной территоріи: въ Польшѣ, въ Голландіи, во Франціи, въ Бельгіи въ Даніи, и въ СССР. Зачастую это были игры между командами, представлявшими различные рода войскъ. Тамъ, гдѣ отношенія между мѣстнымъ населеніемъ и оккупантами складывались относительно благопріятно, организовывались и международныя встрѣчи.

Предысторія знаменитаго «матча смерти» между украинской сборной футбольной командой «Стартъ» и нѣмецкой командой «Flakelf», состоявшагося 9 августа 1942 года, такова. Профессоръ Кіевскаго университета К. Штепа (во время оккупаціи завѣдовалъ отдѣломъ культуры и просвѣщенія въ городской управѣ и редактировалъ газету «Новое украинское слово») и завѣдующій секціей физкультуры Дубянскiй направили на имя главы кіевской управы Александра Оглоблина слѣдующее прошеніе: «Секція физкультуры при отдѣлѣ просвѣщенія проситъ Вашего содѣйствія въ дѣлѣ освобожденія лучшихъ мастеровъ спорта Украины — футболистовъ сборной команды г. Кіева, которые въ настоящее время находятся въ Боярскомъ лагерѣ военноплѣнныхъ».

Въ спискѣ съ приложенными анкетными данными значилось восемь фамилій: Кузьменко, Трусевичъ, Клименко, Короткихъ, Балакинъ, Щегоцкiй, Шацкiй, Сухаревъ. Всѣ они оказались въ концлагерѣ, не сумѣвъ пробиться изъ кіевскаго окруженія или вовремя эвакуироваться.

Нельзя не упомянуть о рѣшающей роли въ созданіи команды хлѣбозавода № 1 директора предпріятія, моравскаго чеха Иозефа Кордика. До войны онъ проявлялъ большой интересъ къ футболу, часто посѣщалъ мѣстные матчи и зналъ кіевскихъ футболистовъ въ лицо. Во время оккупаціи ему удалось войти въ довѣріе къ нѣмецкой администраціи и добиться назначенія на должность директора хлѣбозавода. Задавшись цѣлью создать сильную футбольную команду, Кордикъ похлопоталъ объ устройствѣ бывшихъ игроковъ «Динамо», «Локомотива», «ЦДКА» и другихъ совѣтскихъ командъ на свой заводъ. Въ результатѣ спортсмены были обезпечены документами, постояннымъ, хотя и весьма скромнымъ, продпайкомъ, дважды въ недѣлю для нихъ организовывались тренировки на стадіонѣ «Зенитъ», расположенномъ на улицѣ Керосинной.

Къ лѣту 1942 года въ оккупированномъ Кіевѣ налаживалась мирная жизнь — нѣмецкая администрація открыла оперу, заработали кинотеатры, ботаническій садъ, стадіоны и даже бани. Начали работать нѣкоторыя предпріятія, которыя обслуживали нѣмецкую армію, а рабочіе изъ мѣстнаго населенія стали получать зарплату въ маркахъ.

7 іюня объ открытіи футбольнаго сезона сообщила газета «Новое украинское слово»: «Съ разрѣшенія Штадткомиссарiата и при помощи управы возобновляется спортивная жизнь. Уже организовано первое общество «Рухъ», появляются спортивные коллективы на отдѣльныхъ предпріятіяхъ. Такъ, хлѣбозаводъ уже составилъ футбольную команду изъ лучшихъ игроковъ города. 7 іюня, въ воскресеньѣ, въ 17.30 на стадіонѣ Дворца спорта (нынѣ — НСК «Олимпійскій» - авт.) состоится матчъ «Рухъ»—Хлѣбозаводъ... Входъ свободный».

Побѣда кіевлянъ въ матчѣ 7 іюня надъ футболистами украинской команды «Рухъ» Георгія Швецова со счетомъ 2:0 выглядѣла вполнѣ закономѣрно. По классу игроки команды хлѣбозавода № 1 значительно превосходили своихъ соперниковъ — работниковъ украинскихъ органовъ власти и рабочихъ кіевскихъ фабрикъ.

Послѣ этой встрѣчи футбольные матчи въ Кіевѣ въ теченіе лѣта 1942 года проводились регулярно, преимущественно по выходнымъ днямъ. Всего команда, названная «Стартъ», провела семь международныхъ матчей: три съ венграми и четыре съ нѣмцами:

1.  21.06. «Стартъ» — сборная венгерскаго гарнизона - 7:1.

2.  28.06. «Стартъ» — сборная артиллерійской части (Германія) - 7:1.

3.  17.07. «Стартъ» — сборная танковой дивизіи «RSG» (Германія) - 6:0.

4.  19.07. «Стартъ» — «MSC WAL» (Венгрія) - 5:1.

5.  26.07. «Стартъ» — «GK Szero» (Венгрія) - 3:2.

6.  06.08. «Стартъ» — «Flakelf» (Германія) - 5:1.

7.  09.08. «Стартъ» — «Flakelf» (Германія) - 5:3.

Что касается мѣстныхъ матчей, то 5 іюля стартовцы увѣренно побѣдили еще одну украинскую команду — «Спортъ» (8:2), а 16 августа въ очередной разъ нанесли пораженіе Руху» (8:0). Послѣдній поединокъ сталъ завершающимъ въ футбольномъ сезонѣ.

Согласно афишамъ, въ составѣ «Старта» въ международныхъ матчахъ участвовали въ общей сложности 17 футболистовъ: Трусевичъ, Клименко, Сухаревъ, Балакинъ, Путистинъ, Гончаренко, Чернега, Комаровъ, Короткихъ, Свиридовскiй, Тимоѳеевъ, Ткаченко, Кузьменко, Тютчевъ, Сотникъ, Мельникъ, Гундаревъ.

12 іюля оккупаціонныя власти устроили торжества по случаю открытія Республиканскаго стадіона на улицѣ Большой Васильковской (современное названіе — Красноармейская, а стадіона — «Центральный» - авт.). Въ программѣ спортивныхъ состязаній значились гимнастика, боксъ, легкая атлетика и футбольный матчъ.

Послѣ начала войны это спортивное сооруженіе осталось недостроеннымъ при совѣтской власти, и германская администрація не могла не воспользоваться его открытіемъ въ пропагандистскихъ цѣляхъ. Такъ читателямъ одной изъ мѣстныхъ украинскихъ газетъ, выходившихъ въ періодъ оккупаціи, сообщалось о выдѣленіи «на приведеніе въ порядокъ недостроеннаго большевиками стадіона» 50 тысячъ рублей. Стадіонъ, носившій имя лидера украинскихъ коммунистовъ Хрущева, былъ переименованъ во Всеукраинскій. Послѣ торжественной церемоніи открытія состоялся матчъ между «Рухомъ» и командой одной изъ нѣмецкихъ воинскихъ частей.

Игроки «Старта» выходили на полѣ въ красныхъ футболкахъ, однако, вопреки утвержденіямъ совѣтскихъ пропагандистовъ, это никоимъ образомъ не было связано съ демонстраціей ихъ большевистскихъ убѣжденій. Форма кіевлянъ въ дѣйствительности имѣла сходство съ формой сборной СССР, — красныя майки и гетры, бѣлыя трусы. Однако футболисты руководствовались отнюдь не политическими мотивами, причина была банальной — комплекты формы подобнаго образца знаменитый вратарь Николай Трусевичъ раздобылъ съ самаго начала тренировокъ. И нѣмцы по этому поводу никакого протеста не выражали.

Всѣ матчи обслуживали нѣмецкіе арбитры. Въ совѣтскихъ источникахъ имъ въ изобиліи приписывались умышленно назначенные пенальти и оффсайды и невѣрно засчитанные голы. Однако живые свидѣтели тѣхъ международныхъ встрѣчъ, напротивъ, единогласно утверждаютъ объективность судей. Впрочемъ, стоитъ упомянуть и объ исключеніяхъ. Такъ въ отчетѣ объ игрѣ «Старта» съ «RSG» въ «Новомъ украинскомъ словѣ» авторъ обвинилъ арбитра въ подсуживанiи... кіевлянамъ: «Два мяча, забитыхъ въ ворота нѣмецкой команды, слѣдуетъ отнести на счетъ судьи, ибо были забиты изъ чистаго «оффсайда». Вообще работа судьи не отличалась точностью и четкостью».

Миѳъ о недостойномъ и даже жестокомъ поведеніи нѣмецкихъ игроковъ также не выдерживаетъ критики. При этомъ о встрѣчахъ, которыя носили откровенно дружественный характеръ, на этотъ разъ разсказывали не только свидѣтели, но и сами участники игръ. Такъ въ упомянутомъ выше отчетѣ, кромѣ прочаго, говорилось: «Игра проходила въ духѣ товарищества. Слѣдуетъ отмѣтить исключительно корректную игру обѣихъ командъ».

Весьма краснорѣчиво объ этомъ свидѣтельствуютъ и показанія игрока «Старта» Владиміра Ногачевскаго: «Всѣ матчи обычно судилъ нѣмецкій военнослужащій по имени Эрвинъ, который, какъ мнѣ кажется, имѣлъ соотвѣтствующее образованіе и квалификацію. Матчи проходили въ товарищеской обстановкѣ. Конфликтовъ между игроками не возникало. За всѣ игры я припомню только одинъ случай, когда нѣмецкій игрокъ въ игровой ситуаціи грубо толкнулъ нашего футболиста, за что былъ сразу же судьей удаленъ съ поля».

На фотографіяхъ командъ стоящіе вперемежку кіевскіе и нѣмецкіе футболисты выглядятъ довольными и улыбающимися.

Коллективный снимокъ совѣтскихъ и нѣмецкихъ футболистовъ, сдѣланный передъ игрой. Кіевляне въ темныхъ (красныхъ) футболкахъ, нѣмцы — въ бѣлыхъ майкахъ. Обстановка совершенно дружелюбная и къ «матчу смерти» никакъ не подходящая

 

28 іюня состоялась первая встрѣча футболистовъ «Старта» съ игроками нѣмецкой арміи. Ея результатомъ сталъ разгромъ сборной команды артиллерійской части со счетомъ 7:1. На очередную игру 17 іюля нѣмцы, стремясь избѣжать новаго пораженія, выставили противъ «Старта» болѣе усиленный составъ, — команда называлась «RSG» и включала лучшихъ спортсменовъ одной изъ танковыхъ дивизій. Однако новая команда оккупантовъ снова потерпѣла пораженіе — 6:0. 18 іюля 1942 года газета «Новое украинское слово» писала объ этомъ матчѣ слѣдующее: «Этотъ выигрышъ никакъ нельзя признать достиженіемъ футболистовъ «Старта». Нѣмецкая команда состоитъ изъ отдѣльныхъ сильныхъ футболистовъ, но командой въ полной мѣрѣ ее назвать нельзя... Также ощущается недостатокъ необходимой тренировки. А команда «Стартъ», какъ извѣстно, состоитъ изъ бывшихъ футболистовъ команды мастеровъ «Динамо»».

Прошедшіе матчи вызвали большой интересъ у нѣмцевъ, ихъ союзниковъ-венгровъ и мѣстнаго населенія, а команда «Стартъ» завоевала всеобщую популярность.

19 іюля 1942 года состоялась очередная встрѣча кіевлянъ съ командой венгерской арміи. И вновь украинскіе футболисты оказались на высотѣ, побѣдивъ соперниковъ со счетомъ 5:2. Тогда венгры, подобно нѣмцамъ, предложили своимъ соперникамъ матчъ-реваншъ и черезъ недѣлю выставили противъ кіевлянъ усиленную команду. Эта встрѣча также закончилась побѣдой «Старта», но уже не съ разгромнымъ счетомъ — 3:2.

Послѣ серіи проигрышей союзниковъ, нѣмцы провели еще одну встрѣчу со «Стартомъ» 6 августа. Въ результатѣ команда «Flakelf» проиграла со счетомъ 5:1, матчъ-реваншъ, который и будетъ прозванъ «матчемъ смерти», былъ назначенъ уже на 9 августа. Такимъ образомъ, этому легендарному поединку предшествовали три подрядъ пораженія различныхъ германскихъ военныхъ командъ — значеніе побѣды въ немъ для нѣмцевъ трудно переоцѣнить.

По одной изъ версій, «матчемъ смерти» эту встрѣчу назвалъ совѣтскій писатель Левъ Кассиль.

Левъ Кассиль — одинъ изъ придворныхъ сталинскихъ евреевъ, ненавистникъ Царской и Христіанской Россіи, прививавшій эту ненависть въ своихъ книжкахъ совѣтскому юношеству, приложилъ руку и къ созданію миѳа о «матчѣ смерти»

 

Его живые «свидѣтели» ошибочно утверждали, будто «Стартъ» состязался со сборной командой люфтваффѣ, такъ какъ нѣмецкіе игроки были до игры одѣты въ форму военныхъ летчиковъ. Нѣмецкая команда «Flakelf» дѣйствительно была создана на базѣ авіаціонныхъ частей, которыя располагались на Кіевскомъ, Васильковскомъ и Бориспольскомъ аэродромахъ, однако въ составъ команды входилъ не только летный составъ, но и техники, и даже зенитчики.

Матчъ былъ организованъ на небольшомъ стадіонѣ «Зенитъ», расположенномъ далеко отъ центра города. Не исключено, что это было связано съ нежеланіемъ нѣмецкой администраціи придавать широкой огласкѣ вѣроятное пораженіе нѣмцевъ. Голкиперъ «Старта» изъ кіевскаго «Динамо» Николай Трусевичъ разсказывалъ, что передъ самымъ матчемъ весь стадіонъ оцѣпили гестаповцы. На гаревой дорожкѣ по всему периметру футбольное поле охраняли эсэсовцы съ овчарками. На трибунахъ сидѣли многіе офицеры войскъ гарнизона во главѣ съ высшими чинами СС, гестапо, комендатуры и оккупаціонныхъ властей. Для мѣстныхъ болѣльщиковъ былъ отведенъ секторъ за воротами. Какъ же развивались событія во время матча?

Въ бесѣдѣ съ членомъ комиссіи по созданію хроники войны Еловцевымъ весьма неожиданно прозвучали откровенія играющаго тренера «Старта» Михаила Свиридовскаго, который, судя по объявленнымъ въ афишахъ составамъ, принялъ участіе во всѣхъ матчахъ. Бывшій спортсменъ прославился отмѣнной игрой въ защитѣ. «...На матчъ пріѣхалъ генералъ, привезъ букетъ цвѣтовъ, апельсины, лимоны, шоколадъ... Сыграли первый таймъ 2:1 въ ихъ пользу. У нихъ появилось чувство превосходства. Мы, видя такое положеніе, рѣшили выбить нѣсколько ихъ игроковъ изъ игры. Одному колѣно перебили, онъ ушелъ съ поля... Генералъ выкрикивалъ, что это бандиты, играютъ грубо, некультурно...».

Родившійся изъ нѣдръ Агитпропа миѳъ, будто гитлеровцы угрожали кіевскимъ футболистамъ расправой въ случаѣ ихъ побѣды въ игрѣ, также не выдерживаетъ критики. Въ постсовѣтскій періодъ одинъ изъ игроковъ «Старта» Макаръ Гончаренко дѣлился своими воспоминаніями: «Никто изъ оффицiальной администраціи передъ матчемъ не заставлялъ насъ играть въ поддавки. Правда, отдѣльные люди, то ли провокаторы изъ «Руха», то ли сочувствующіе намъ простые смертные уговаривали проиграть, чтобы не дразнить гусей».

Въ составѣ команды «Стартъ» 9 августа 1942 года на полѣ вышли: Николай Трусевичъ, Алексѣй Клименко, Иванъ Кузьменко, Михаилъ Свиридовскiй, Николай Короткихъ, Ѳедоръ Тютчевъ, Михаилъ Путистинъ, Василій Сухаревъ, Владиміръ Балакинъ, Михаилъ Мельникъ и Макаръ Гончаренко. Счётъ въ первомъ таймѣ открыли нѣмцы. Затѣмъ Иванъ Кузьменко точнымъ дальнимъ ударомъ выровнялъ положеніе, а до перерыва сумѣлъ дважды отличиться Макаръ Гончаренко. Второй таймъ прошёлъ въ упорной и жёсткой борьбѣ. Нѣмцы сумѣли отыграть два гола и сравнять счётъ. Однако тактика обстрѣла воротъ съ дальнихъ позицій дважды приноситъ кіевлянамъ успѣхъ, и къ концу встрѣчи «Стартъ» все-таки сумѣлъ вырвать побѣду, — матчъ завершился со счетомъ 5:3.

«Соперникъ намъ попался крѣпкій, съ нимъ по заказу не сыграешь... Второй таймъ прошелъ въ равной жесткой борьбѣ... Удержали побѣду — 5:3, но подъ конецъ здорово выдохлись», — такъ обрисовалъ игру Макаръ Гончаренко, авторъ нѣсколькихъ головъ въ «матчѣ смерти». Вмѣстѣ съ этимъ обозрѣватели той игры въ одинъ голосъ отмѣчали жесткое противоборство на полѣ.

Послѣ окончанія матча нѣмцы не арестовали ни одного футболиста. Свидѣтельствомъ этого, въ первую очередь, служитъ тотъ фактъ, что послѣ футбольной встрѣчи «Flakelf» — «Стартъ» кіевская команда 16 августа провела еще одну встрѣчу съ украинской командой «Рухъ».

Матчъ 9 августа сталъ послѣднимъ въ серіи международныхъ игръ. Согласно показаніямъ тренера украинскаго «Руха» Георгія Швецова, штадткомиссаръ Кіева Бернадтъ запретилъ встрѣчи нѣмецкихъ футбольныхъ командъ съ украинскими.

Освящая событія вокругъ той легендарной игры, нѣкоторые смѣло утверждали, что сразу послѣ матча всѣ 11 украинскихъ футболистовъ были увезены въ Бабій Яръ и разстрѣляны. По другой версіи, казнены были только четыре игрока. Что же произошло съ футболистами на самомъ дѣлѣ?

Безусловно, стартовцы прекрасно осознавали возможныя послѣдствія побѣды въ этомъ матчѣ, что можетъ добавить къ нимъ уваженія не только какъ къ спортивнымъ профессіоналамъ, но и какъ къ отважнымъ людямъ. Однако не стоитъ, подобно большинству авторовъ изъ совѣтской эпохи, сгущать краски и утверждать едва ли не фатальное значеніе этой встрѣчи въ дальнѣйшей судьбѣ четырехъ футболистовъ изъ «Старта».

Слѣдующія событія уже не имѣли никакого отношенія къ «матчу смерти», да и къ футболу вообще. 18 августа, черезъ девять дней послѣ повторнаго матча съ «Flakelf», были арестованы Трусевичъ, Кузьменко, Клименко, Свиридовскiй, Комаровъ, Путистинъ и Балакинъ. Черезъ нѣсколько дней къ нимъ присоединились Гончаренко и Тютчевъ. Стоитъ отмѣтить, что аресты начались на второй день послѣ завершающей въ футбольномъ сезонѣ игры съ украинскимъ «Рухомъ».

Николай Короткихъ былъ арестованъ позже, 6 октября. Судьбою ему было уготовано стать первой жертвой изъ игроковъ «Старта». Дѣло въ томъ, что онъ былъ единственнымъ среди футболистовъ кадровымъ сотрудникомъ НКВД, въ подтвержденіи чему нѣмцы нашли его довоенную фотографію въ чекистской формѣ. Это и явилось рѣшающимъ аргументомъ для устраненія «совѣтскаго агента».

По одной изъ версій, арестъ былъ связанъ съ тѣмъ, что, работая на хлѣбозаводѣ № 1, кто-то набросалъ битое стекло въ хлѣбную муку для мѣстныхъ нѣмецкихъ организацій. Были арестованы многіе рабочіе хлѣбозавода, въ томъ числѣ четыре динамовца — Трусевичъ, Клименко, Кузьменко и Короткихъ. Такимъ образомъ, въ застѣнкахъ гестапо оказались исключительно бывшіе игроки кіевскаго «Динамо». Черезъ три дня былъ отпущенъ Балакинъ, по причинѣ его принадлежности къ «Локомотиву» (въ «Динамо» онъ появился уже послѣ начала войны). Кто, какъ не офицеры НКВД могли подозрѣваться въ совершеніи диверсіи? Между тѣмъ украинскіе футболисты не имѣли къ этому инциденту никакого отношенія, попусту ставъ жертвами подставной игры чекистовъ.

Кіевъ въ то время былъ напичканъ агентами НКВД, которыхъ передъ отступленіемъ Красной Арміи готовили въ спецшколѣ въ Пущѣ-Водицѣ. Одинъ изъ нихъ и осуществилъ диверсію на хлѣбозаводѣ, тѣмъ самымъ, подставивъ подъ ударъ гестапо простыхъ рабочихъ. Въ это время изъ Кремля, не считаясь съ жертвами, требовали создать «горящую землю» подъ ногами оккупантовъ и ихъ «приспѣшниковъ». Согласно чекисткой тактикѣ, командѣ «Стартъ» была уготована участь «живого хвороста» — разстрѣлъ кіевскихъ футболистовъ долженъ былъ создать почву для поднятія возстанія жителями Кіева. Между тѣмъ нѣмцы арестовали лишь нѣсколькихъ спортсменовъ изъ команды «Динамо», которая, какъ извѣстно, являлась спортивнымъ обществомъ НКВД.

Черезъ нѣсколько недѣль арестованные футболисты были перевезены въ Сырецкiй лагерь. Согласно свидѣтельству очевидцевъ и самихъ заключенныхъ, Трусевича, Кузьменко и Клименко использовали въ качествѣ чернорабочихъ, Путистинъ, Тютчевъ и Комаровъ работали электромонтерами, а Свиридовскiй и Гончаренко сапожничали въ одной изъ городскихъ мастерскихъ. Всѣмъ заключеннымъ разрѣшали свиданія съ родственниками. Жена Путистина три раза въ недѣлю носила мужу передачи.

Стоитъ отмѣтить, что въ защиту арестованныхъ выступили ихъ спортивные противники — нѣмецкіе и венгерскіе футболисты. Имъ не вѣрилось, что талантливые футболисты могли совершить столь низкое преступленіе — бросить стекло въ хлѣбъ, предназначенный для раненыхъ и медперсонала военныхъ госпиталей и для женщинъ, мобилизованныхъ для работы въ оккупаціонной администраціи Украины. Не исключено, что ихъ вмѣшательство въ будущемъ могло сыграть рѣшающую роль въ освобожденіи кіевскихъ футболистовъ. Между тѣмъ сотрудники НКВД, узнавъ о возможномъ освобожденіи динамовцевъ изъ лагеря, приложили всѣ усилія для противодѣйствія срыву своихъ плановъ. Съ этой цѣлью 23 февраля 1943 года былъ организованъ поджогъ Кіевскаго завода спортинвентаря «Спортъ», гдѣ ремонтировались сани для нѣмецкой арміи. Послѣ очередной диверсіонной акціи нѣмцы разстрѣляли болѣе половины работниковъ этого небольшого завода и уничтожили 200 заложниковъ въ Сырецкомъ лагерѣ. Въ группѣ несчастныхъ оказались Трусевичъ, Кузьменко и Клименко...

Подругой версіи, акція возмездія явилась послѣдствіемъ стычки между нѣсколькими заключенными, которые были на дневныхъ работахъ въ городѣ, и охраной. Начальникъ концлагеря приказалъ разстрѣлять каждаго третьяго изъ группы подозрѣваемыхъ. Свидѣтелемъ и участникомъ этой сцены былъ Ѳедоръ Тютчевъ, одинъ изъ участниковъ матча 9 августа. Однако ему повезло больше — находясь въ той же группѣ подозрѣваемыхъ, спортсменъ не попалъ подъ расчетъ. Такъ или иначе, причина разстрѣла футболистовъ никоимъ образомъ не связана съ выигрышемъ у нѣмецкой команды.

Судьба другихъ заключенныхъ спортсменовъ была слѣдующей: Тютчевъ, Свиридовскiй, Гончаренко и Путистинъ совершили побѣгъ, а Комаровъ покинулъ Кіевъ съ отступившими нѣмецкими частями.

А какъ обстояло дѣло съ другими игроками, выступавшими за «Стартъ»? Извѣстно, къ примѣру, что Георгій Тимоѳеевъ и Левъ Гундаревъ служили въ нѣмецкой полиціи. Послѣ взятія Кіева совѣтскими войсками они были «разоблачены» НКВД. Въ результатѣ Тимоѳеевъ получилъ десять, а Гундаревъ — пять лѣтъ лагерей.

Объ участникахъ знаменитой игры вспомнили примѣрно черезъ 15 лѣтъ послѣ окончанія войны. Въ 1962 году совѣтскіе кинематографисты киностудіи «Мосфильмъ» сняли художественный фильмъ «Третій таймъ» (режиссеръ Евгеній Кареловъ, актеры Леонидъ Куравлевъ, Вячеславъ Невинный, Глѣбъ Стриженовъ, Юрій Назаровъ), въ которомъ историческая правда была намѣренно искажена въ угоду идеологіи.

Афиши совѣтскаго художественно-пропагандистскаго фильма «Третій таймъ», сюжетъ котораго построенъ на безсовѣстномъ извращеніи историческихъ фактовъ съ добавленіе изрядной дозы откровенной лжи. Несмотря на свою очевидную лживость (а скорѣе всего, именно благодаря этому) данный фильмъ продолжаетъ пользоваться популярностью у населенія «Россійской федераціи» и имѣется въ продажѣ на DVD-дискахъ. Въ 2012 году въ РФ, идя навстрѣчу «пожеланіямъ трудящихся», на ту же тему сняли ещё одинъ лживый фильмъ «Матчъ», въ которомъ примѣнительно къ вкусамъ современной публики и на основѣ голливудскихъ технологій обыгрывается всё тотъ же пошлый и убогій сюжетъ о «совѣтскихъ патріотахъ», бьющихся съ «фашистами» и погибающихъ «за Родину» на футбольномъ полѣ.

 

Къ очередной юбилейной датѣ окончанія войны съ подачи КГБ и ЦК КПСС въ лицѣ Брежнева была развернута мощная пропагандистская кампанія «по возстановленію исторической справедливости». Званіе Героя Совѣтскаго Союза было посмертно присвоено диверсанту НКВД Ивану Кудре, погибшему въ кіевскомъ подпольѣ. Послѣ долгихъ разслѣдованій были реабилитированы и футболисты команды «Стартъ», которыхъ послѣ войны долгое время вызывали на допросы въ КГБ чуть ли не какъ измѣнниковъ родины. Динамовцы Н. Трусевичъ, А. Клименко, И. Кузьменко и М. Короткихъ были посмертно награждены медалью «За отвагу», а оставшiеся въ живыхъ футболисты «Старта»: Б. Балакинъ, Н. Гончаренко, Н. Мельниковъ, М. Путистинъ, В. Сухаревъ и Н. Свиридовскiй, были награждены медалью «За боевыя заслуги». Михаилъ Путистинъ, посчитавъ себя оскорбленнымъ, отказался отъ медали и на церемонію награжденія не явился.

Въ 1971 году въ Кіевѣ на стадіонѣ «Динамо» былъ установленъ памятникъ разстрѣляннымъ кіевскимъ футболистамъ, представлявшій собой кусокъ гранитной скалы съ горельефными фигурами четырёхъ футболистовъ (скульпторъ Иванъ Горовой).

Итакъ, исторія о «матчѣ смерти» оказалась всего лишь миѳомъ».

(«Эхо войны», №1/2007, стр. 48-50)

 

Дополненіе отъ редакціи

Статью С. Неподкосова необходимо дополнить небольшимъ комментаріемъ, поскольку авторъ лишь вскользь упоминаетъ о томъ, что же собой представляло спортивное общество «Динамо» сталинской эпохи, вслѣдствіе чего у читателя создается невѣрное представленіе объ игрокахъ этого клуба и даже возникаетъ извѣстное чувство состраданія къ нимъ, какъ невиннымъ жертвамъ военнаго лихолѣтья. Въ дѣйствительности для такого состраданія едва ли есть основанія, т.к. членство въ «Динамо» налагало на человѣка не только опредѣленныя обязательства передъ ГПУ-НКВД, но и формировало у него весьма специфическій морально-нравственный обликъ.

Объ этомъ обликѣ какъ самого «Динамо», такъ и его членовъ есть весьма яркое и красочное свидѣтельство Ивана Солоневича, оставленное имъ въ своей знаменитой книгѣ «Россія въ концлагерѣ»:

 

«”Динамо” — это пролетарское спортивное общество войскъ и сотрудниковъ ГПУ, въ сущности одинъ изъ подотдѣловъ ГПУ — заведеніе отвратительное въ самой высокой степени, даже и по совѣтскимъ масштабамъ. Оффиціально оно занимается физической подготовкой чекистовъ, неоффиціально оно скупаетъ всѣхъ мало-мальски выдающихся спортсменовъ СССР и, слѣдовательно, во всѣхъ видахъ спорта занимаетъ въ СССР первое мѣсто. Къ какому-нибудь Иванову, подающему надежды въ области голкиперскаго искусства, подходитъ этакій жучокъ, то есть спеціальный и штатный вербовщикъ-скупщикъ и говоритъ:

— Переходите къ намъ, товъ. Ивановъ. Сами понимаете, паекъ, ставка, квартира…

Передъ квартирой устоять трудно. Но если паче чаянія Ивановъ устоитъ даже и передъ квартирой, жучокъ подозрительно говоритъ:

— Что, стѣсняетесь подъ чекистской маркой выступать? Н-да, придется вами поинтересоваться.

«Динамо» выполняетъ функціи слѣжки въ спортивныхъ кругахъ, «Динамо» занимается весьма разносторонней хозяйственной дѣятельностью, строитъ стадіоны, монополизировало производство спортивнаго инвентаря, имѣетъ цѣлый рядъ фабрикъ — и все это строится и производится исключительно трудомъ каторжниковъ. «Динамо» въ корнѣ подрѣзываетъ всю спортивную этику («морально то, что служитъ цѣлямъ міровой революціи»).

На «Міровой спартакіадѣ» 1928 г. я въ качествѣ судьи снялъ съ бѣговой дорожки одного изъ динамовскихъ чемпіоновъ, который съ заранѣе обдуманнымъ намѣреніемъ разодралъ шипами своихъ бѣговыхъ туфель ногу своего конкурента. Конкурентъ выбылъ изъ спортивнаго фронта навсегда. Чемпіонъ же, уходя съ дорожки, сказалъ мнѣ: «Ну, мы еще посмотримъ». Въ тотъ же день вечеромъ я получилъ повѣстку въ ГПУ; не веселое приглашеніе. Въ ГПУ мнѣ сказали просто, чтобы этого больше не было. Этого больше и не было, я въ качествѣ судьи предпочелъ больше не фигурировать.

Нужно отдать справедливость и «Динамо». Своихъ чемпіоновъ оно кормитъ блестяще. Это одинъ изъ секретовъ спортивныхъ успѣховъ СССР. Иногда эти чемпіоны выступаютъ подъ флагомъ профсоюзовъ, иногда подъ военнымъ флагомъ, иногда даже отъ имени промысловой коопераціи, въ зависимости отъ политическихъ требованій дня. Но всѣ они прочно закуплены «Динамо».

Въ тѣ годы, когда я еще могъ ставить рекорды, мнѣ стоило большихъ усилій отбояриться отъ приглашеній «Динамо». Единственной возможностью было прекратить всякую тренировку, по крайней мерѣ оффиціальную. Потомъ наши дружественныя отношенія съ «Динамо» шли, всё ухудшаясь и ухудшаясь, и если я сѣлъ въ лагерь не изъ-за «Динамо», то это, во всякомъ случаѣ, не отъ избытка симпатій ко мнѣ со стороны этой почтенной организаціи».

 

Такимъ образомъ, составъ общества «Динамо» сталинской эпохи формировался съ одной стороны изъ кадровыхъ НКВДшниковъ, состраданія къ которымъ у нормальнаго русскаго человѣка никогда не было и быть не можетъ, а съ другой стороны изъ людей, прошедшихъ спеціальный морально-нравственный отборъ и доказавшихъ, что если не по формѣ, то по духу они настоящіе чекисты, не имѣющіе ни жалости, ни состраданія, ни совѣсти, ни чести, ни понятія о спортивной этикѣ. Сознательно перебить колѣно сопернику, какъ это сдѣлали футболисты «Динамо» въ кіевскомъ матчѣ съ нѣмцами, или разодрать ему ногу шипами, какъ это описываетъ Солоневичъ, было для такихъ людей въ порядкѣ вещей. Поэтому особаго состраданія гибель трехъ футболистовъ-чекистовъ въ нѣмецкомъ концлагерѣ у нашей Редакціи вызвать не можетъ. Что же касается разстрѣла нѣмцами кадроваго НКВДшника Короткихъ, забавлявшагося въ перерывахъ между пытками игрой въ футболъ, то эту акцію Гестапо мы можемъ лишь отъ всей души попривѣтствовать.

Редакція.

 

Долой фальсификаторовъ исторiи!

 

Часть I см. ЗДЕСЬ

Часть II см. ЗДЕСЬ

Часть III см. ЗДЕСЬ

 


Рейтинг@Mail.ru