ГЛАВНАЯ О САЙТЕ НАШЪ МАНИФЕСТЪ НАШИ ДНИ ВѢРУЕМЪ И ИСПОВѢДУЕМЪ МУЗЫКА АЛЬБОМЫ ССЫЛКИ КОНТАКТЪ
Сегодня   23 АПРѢЛЯ (10 АПРѢЛЯ по ст.ст.) 2017 года




 

Завѣдомо ложныя измышленія

 

На Пасхальной недѣлѣ сборище политическихъ клоуновъ, сексотовъ и обычныхъ идіотовъ, именующее себя «Государственной думой» Россійской федераціи, осчастливило  населяющій эРэФiю «многонаціональный народъ» новымъ «закономъ», вводящимъ уголовную отвѣтственность за такъ называемую «реабилитацію нацизма». Этотъ «законъ», оформленный въ видѣ новой статьи УК РФ, является однимъ изъ элементовъ путинской политики возрожденія Совка, которая приводитъ въ восторгъ не только кондовыхъ «совковъ» и комсомольцевъ пенсіоннаго возраста, но и разнаго рода нравственныхъ дегенератовъ, называющихъ себя «русскими», «православными» и «истинно-православными».

Мы уже писали, что общественные отбросы, сплотившiеся вокругъ Путина и «возрождающейся» подъ его чуткимъ руководствомъ «Россіи», являются просто бѣсноватыми людьми, разговоръ съ которыми безполезенъ и безсмысленъ. Тратить время на ихъ убѣжденіе - все равно, что метать бисеръ передъ свиньями, тѣмъ болѣе что ихъ дальнѣйшая судьба любому здравомыслящему человѣку ясна: рано или поздно они подобно евангельскимъ свиньямъ (Мк. 5:13) будутъ истреблены Богомъ. Отъ Путина они также не дождутся вознагражденія за свое лакейство и со временемъ будутъ отправлены «въ расходъ» за ненадобностью дальнѣйшаго использованія.

Поэтому интереснѣе обратить вниманіе не на радостное повизгиваніе путинскихъ шавокъ въ связи принятіемъ новаго «закона», а на самъ «законъ». Политическое отребье изъ Госдумы обѣщаетъ карать штрафами, принудработами и тюрягой за «отрицаніе фактовъ, установленныхъ приговоромъ Международнаго военнаго трибунала для суда и наказанія главныхъ военныхъ преступниковъ европейскихъ странъ, одобреніе преступленій, установленныхъ указаннымъ приговоромъ, а равно распространеніе завѣдомо ложныхъ свѣдѣній о дѣятельности СССР во время Второй міровой войны». Показательна эта забота путинскихъ депутатовъ о репутаціи государства, которое вотъ уже 22 года какъ не существуетъ. Это трогательная забота о мертвецѣ лишній разъ доказываетъ какъ совковую сущность эРэФiи, такъ и тотъ фактъ, что за громкой фразой о «Россіи, поднимающейся съ колѣнъ», стоитъ просто-напросто поднимающійся изъ гроба Совокъ.

Подавляющее большинство лживыхъ «фактовъ», установленныхъ шутовскимъ «Международнымъ военнымъ трибуналомъ», давно уже отрицаются цѣлымъ рядомъ историковъ, поэтому у «органовъ» эРэФiи впереди много работы: независимыхъ историковъ пересажать, а книги ихъ изъять и сжечь. Непонятно, правда, какъ поступать съ писаниной типа «Воспоминаній и размышленій» знаменитаго сталинскаго мясника и военнаго преступника Жукова, онъ же «маршалъ Побѣды», онъ же «величайшій полководецъ всѣхъ временъ и народовъ». Такого рода писанина, изготовленная въ нѣдрахъ отдѣла агитаціи и пропаганды ЦК КПСС, почти сплошнякомъ состоитъ изъ «завѣдомо ложныхъ свѣдѣній о дѣятельности СССР во время Второй міровой войны», ложныхъ въ самомъ буквальномъ смыслѣ этого слова. Очевидно, «законъ» недоработанъ, къ нему необходимо приложить списокъ «завѣдомо ложныхъ» свѣдѣній и книжекъ, а еще лучше краткое изложеніе единственно правильной точки зрѣнія на «дѣятельность СССР во время Второй міровой войны».

Опытный человѣкъ, успѣвшій пожить въ Совкѣ въ зрѣломъ возрастѣ, сразу замѣтитъ, что геніальная формулировка о «распространеніи завѣдомо ложныхъ свѣдѣній» напрямую позаимствована изъ знаменитой статьи 190.1 совѣтскаго уголовнаго кодекса - «Распространеніе завѣдомо ложныхъ измышленій, порочащихъ совѣтскій государственный и общественный строй». Кстати, и наказанія тѣ же самыя: три года тюряги, принудработы или штрафъ. Сумма штрафа, правда, подросла со 100 рублей «брежневскими» до 300 тысячъ «путинскими». Или, грубо говоря, съ половины средней зарплаты до 10 среднихъ зарплатъ.

Есть правда въ «законѣ» и новинки. Тѣ же 300 тысячъ рублей штрафа или до года принудработъ полагается за «распространеніе выражающихъ явное неуваженіе къ обществу свѣдѣній о дняхъ воинской славы и памятныхъ датахъ Россіи, связанныхъ съ защитой Отечества», а также за «оскверненіе сѵмволовъ воинской славы Россіи, совершенныхъ публично». Понятное дѣло, что подъ «Россіей» тутъ снова подразумѣвается Совокъ, а подъ «сѵмволами воинской славы Россіи» имѣются въ виду не давнымъ-давно оскверненныя совками могилы Русскихъ Вождей и воиновъ, на полѣ брани убіенныхъ, а сатанинскіе «вѣчные огни», краснозвѣздные обелиски и бронзовые истуканы всяческихъ жуковыхъ, коневыхъ, тухачевскихъ, буденныхъ, «неизвѣстныхъ солдатъ» и «воиновъ-освободителей». Поэтому карать будутъ за статьи типа вотъ этой.

При этомъ за «распространенiе», «неуваженіе» и «оскверненіе», совершенныя съ использованіемъ средствъ массовой информаціи или служебнаго положенія, «а равно съ искусственнымъ созданіемъ доказательствъ обвиненія» (?????), можно загремѣть на зону или на принудработы уже на пять лѣтъ, а максимальная сумма штрафа возрастаетъ въ этомъ случаѣ до полумилліона.

 Что есть такое «искусственное созданіе доказательствъ обвиненія» понятно только обитателямъ сумасшедшаго дома подъ названіемъ «Государственная дума» РФ, пардонъ, «Россіи». Подъ эту геніальную формулировку можно подвести, что угодно и кого угодно. Ясно лишь только, что тутъ ни въ коемъ случаѣ не имѣется въ виду дѣятельность ребятъ изъ ВЧК-ФСБ за весь періодъ существованіе данной «конторы», въ особенности же въ славныя времена «великой отечественной» войны. Искусственнымъ созданіемъ обвиненій въ пыточныхъ подвалахъ и прессъ-хатахъ они никогда не занимались.

Наша редакція глубоко обезпокоена тѣмъ обстоятельствомъ, что у такъ называемыхъ «правоохранительныхъ органовъ» эРэФiи, которымъ надлежитъ претворять въ жизнь сей замѣчательный «законъ», можетъ не оказаться нужнаго количества оперативнаго матеріала для открытія соотвѣтствующаго количества уголовныхъ дѣлъ за «распространеніе завѣдомо ложныхъ свѣдѣній о дѣятельности СССР во время Второй міровой войны».

Какъ истинные поклонники Великой Возрождающейся Путинской «Россіи» мы рѣшили прійти на помощь сотрудникамъ МВД, ФСБ и Прокуратуры РФ и опубликовать на страницахъ нашего сайта нѣсколько примѣровъ «завѣдомо ложныхъ свѣдѣній о дѣятельности СССР во время Второй міровой войны», чтобы не оставлять этихъ людей съ холодными головами, горячими сердцами и не совсѣмъ чистыми руками безъ работы. Всѣ эти «завѣдомо ложныя свѣдѣнія» позаимствованы нами изъ Русской прессы 70-ти лѣтней давности, въ частности изъ газетъ «Новый путь», «Страница добровольца» и «За Русь!».

Сообщаемъ также доблестнымъ сотрудникамъ славныхъ «органовъ», что подобнаго рода «завѣдомо ложныхъ свѣдѣній» у нашихъ Редакціи въ избыткѣ, такъ что товарищи слѣдователи и прокуроры могутъ быть совершенно спокойны за свою дальнѣйшую карьеру и зарплату. Какъ говорилъ выдающійся дѣятель Коммунистической партіи и Совѣтскаго государства трижды Герой Соціалистическаго Труда Никита Сергѣевичъ Хрущевъ: «За работу, товарищи!». Клепайте дѣла!

 

Редакція «Силы и Славы».

 

 

Въ Отечествѣ мірового пролетаріата

Война.

Говорятъ, что у ея бездонной пропасти столпились почти всѣ мужчины СССР. Одни изъ нихъ уже успѣли кануть  въ вѣчность, въ то время какъ другіе ждутъ своей очереди. На фабрикахъ и заводахъ, въ совхозахъ и колхозахъ остались только старики, женщины, калѣки да подростки.

Говорятъ, что изъ рукъ вонъ плохо обстоитъ дѣло съ продовольствіемъ, топливомъ, сырьемъ, строительными и другими матеріалами. Говорятъ, что въ СССР все натянуто до отказа и все трещитъ. Говорятъ, что при такихъ условіяхъ вести новое, да къ тому же еще крупное строительство, невозможно.

И дѣйствительно, недавно вернувшійся изъ Москвы шведскій журналистъ пишетъ:

«Освѣдомленные круги сообщили мнѣ, что въ 1943 году, только въ восточной части РСФСР заново построено 420 тюремъ. Число тюремъ въ Россіи къ концу 1943 года увеличилось на 670 процентовъ по сравненію съ царскимъ временемъ».

Какъ же послѣ этого можно говорить о строительномъ кризисѣ въ СССР? Какъ же послѣ этого можно утверждать, что въ СССР не хватаетъ рабочихъ, кирпича, цемента, желѣза, проволоки, гвоздей, пиломатеріаловъ?

Явный поклепъ! Въ СССР всего хватаетъ, по крайней мѣрѣ, для строительства тюремъ.

 

+  +  +

 

16-го августа 1938 года вторая сессія Верховнаго Совѣта СССР приняла «законъ о судоустройствѣ СССР, союзныхъ и автономныхъ республикъ».

Статья 5-ая закона гласитъ:

«Правосудіе въ СССР осуществляется на началахъ: а) единаго и равнаго для всѣхъ гражданъ суда, независимо отъ соціальнаго, имущественнаго и служебнаго положенія и расовой принадлежности; б) единаго и обязательнаго для всѣхъ судебнаго, уголовнаго, гражданскаго и процессуальнаго законодательства CССP».

Какъ видитъ читатель, законъ не такъ ужъ и плохъ. Но особенно хорошимъ онъ бываетъ, когда примѣняется на дѣлѣ.Вотъ одинъ изъ многочисленныхъ фактовъ послѣднихъ дней. Случилось это в городе Астрахани.

Уборщица хлѣбозавода № 2 Елена Ковшикова, окончивъ работу, возвращалась домой. Проходя мимо транспортера, она подняла корку хлѣба и сунула ее за пазуху. На этотъ поступокъ толкнулъ ее голодъ внука, отецъ котораго (сынъ Ковшиковой), находясь на фронтѣ, сражается за «соціализмъ», «за родину», «за Сталина».

Въ проходной будка Ковшикову задержали. Стали обыскивать и за пазухой нашли корку хлѣба.

Что дѣлать?

- Отправить въ милицію! - распорядился директоръ завода. Отправили. Посадили. А потомъ въ судъ отвели.

Разсмотрѣвъ дѣло «о хищеніи общественной соціалистической собственности», судъ постановилъ:

«Елену Ковшикову, уборщицу астраханскаго хлѣбозавода №2, замужнюю, русскую, безпартійную, 50 лѣтъ, ранѣе несудившуюся — приговорить къ году и тремъ мѣсяцамъ исправительно-трудовыхъ работъ съ отбываніемъ въ лагерѣ особаго назначенія».

Замѣтимъ здѣсь, что не только сынъ Ковшиковой находится на фронтѣ, но и мужъ.

Въ тотъ же самый день и тотъ же судъ разсмотрѣлъ дѣло и директора астраханскаго маслозавода Льва Абрамовича Мацинкиса.

Левъ Абрамовичъ обвинялся въ томъ, что за время ревизіи у него не хватило трехъ тоннъ масла. Кромѣ этого, у Льва Абрамовича при обыскѣ было обнаружено 600 килограммовъ масла дома.

Дѣло, казалось бы, ясное: Левъ Абрамовичъ уворовалъ не корку хлѣба, а 3600 кг масла! Слѣдовательно - на перекладину.

Но не тутъ то было. Судьи заерзали на судейскихъ креслахъ, часовъ пять вели слѣдствіе, да столько же совѣщались. И только послѣ того, какъ было пролито до семи потовъ, они выплыли изъ своей «совѣщалки» и объявили приговоръ.

Послѣдній гласилъ:

«Льва Абрамовича Мацинкиса, директора астраханскаго маслозавода, члена BKП(б), женатаго, еврея, не справившагося съ постановкой учета продукціи завода и безъ основаній накопившаго 600 кг масла для личнаго потребленія - снять съ работы директора и сообщить соотвѣтствующимъ организаціямъ».

На слѣдующій день Левъ Абрамовичъ явился въ соотвѣтствующую организацію, т.е. въ горкомъ партіи и, нѣсколько спустя, вышелъ оттуда съ путевкой, въ которой значилось:

«Левъ Абрамовичъ Мацинкисъ назначается директоромъ астраханскаго мясокомбината. Секретарь Горкома Лейбензонъ».

Такъ въ СССР и по сей часъ осуществляется правосудіе независимо отъ соціальнаго, имущественнаго и служебнаго положенія гражданъ, ихъ національной и расовой принадлежности».

 

Александръ Огневъ

(«Новый путь»)

 

 

Палачи Русскаго Народа

 

Проѣзжая по деревнямъ бывшаго партизанскаго района, вслѣдъ за продвигающимися нѣмецкими войсками и добровольческими отрядами, очищающими мѣстное населеніе отъ «сталинскихъ паразитовъ», мы часто наталкивались на жителей деревень, еще недовѣрчиво и боязливо посматривающихъ на насъ. Но стоитъ только разговориться съ ними и ласково и привѣтливо разспросить ихъ про недавніе дни ихъ совмѣстной жизни съ «партизанами», и передъ вами начнутъ раскрываться жуткія и страшныя страницы жизни.

Въ деревнѣ Осиновка, на ея окраинѣ мы нашли четыре трупа - двухъ старушекъ, женщины среднихъ лѣтъ и годовалаго ребенка. Кто они? Нагибаемся и видимъ причину ихъ смерти. У женщины два раза прострѣлена голова и затылокъ, причемъ, видимо, первый выстрѣлъ настигъ ее во время бѣга. Платокъ ея, прострѣленный пулей, валяется тутъ же. Рана въ голову свидѣтельствуетъ, что выстрѣлъ былъ произведенъ, когда уже женщина упала на землю. Ребенокъ на ее рукахъ убитъ выстрѣломъ въ лицо. Старушка же, бѣжавшая за ней, видимо бросилась въ страхѣ на землю, позади трупа матери и ребенка, и, закрывъ лицо руками, тоже наша себѣ смерть отъ пули убійцы, стрѣлявшаго ей въ високъ. Другой трупъ старушки, лежавшей па нѣкоторомъ разстояніи отъ убитыхъ, носилъ на себѣ слѣды раненія въ лобъ, и, какъ видно, въ лежачемъ положеніи она была убита выстрѣломъ въ ротъ.

Эта страшная картина звѣрства ошеломила насъ и мы рѣшили во что бы то ни стало раскрыть «тайну» этого преступленія. Уже въ сосѣдней деревнѣ отъ мѣстныхъ жителей намъ удалось случайно узнать, кто былъ дѣйствительнымъ виновникомъ этого кошмарнаго убійства, а сами свидѣтели и очевидцы описаннаго звѣрства разсказали намъ слѣдующее: «Отступающіе бандиты заставляли мирныхъ жителей подъ угрозой разстрѣла слѣдовать за ними. Многіе изъ страха за свои жизни, захвативши съ собой самое необходимое, были уведены бандитами. Но нѣкоторые, не желая покидать свой домъ, пытались спрятаться. Такъ поступила и звѣрски убитая семья. Начальникъ же партизанскаго отряда Ковалевъ, чтобы провѣритъ ушло ли все населеніе изъ деревни Осиновки, на конѣ заѣхалъ въ деревню. Указанныя женщины, завидѣвъ его, въ испугѣ бросились бѣжать на окраину деревни, гдѣ были окопы, чтобы скрыться въ нихъ, но Ковалевъ нагналъ ихъ и звѣрски изъ нагана привелъ въ исполненіе угрозу бандитовъ.

Такихъ примѣровъ безчеловѣчнаго истребленія бандитами русскихъ людей сейчасъ не мало, ибо въ близлежащей деревнѣ мы вновь нашли трупы: старика лѣтъ восьмидесяти, старушки и женщины среднихъ лѣтъ.  Ихъ постигла по разсказамъ односельчанъ та же участь. Они были убиты въ бомбоубѣжищѣ, куда пытались спрятаться  отъ бандитовъ. Слишкомъ дорогой цѣной приходится платить русскому народу за проводимый большевиками терроръ и насиліе. Но близокъ часъ расплаты!

В.

 

(«Страница Добровольца»)

 

 

Говоритъ лейтенантъ Николай Тороповъ

 

Перешедшій недавно на нашу сторону лейтенантъ Николай Тороповъ говоритъ:

«Трудно передать то, что сейчасъ творится въ тѣхъ мѣстахъ, которыя оставляются нѣмцами и вновь занимаются большевиками.

Каждый день десятки и сотни людей, за которыми нѣтъ никакой вины, погибаютъ отъ рукъ озвѣрѣвшихъ энкаведистовъ. Достаточно самого простого доноса для того, чтобы ни въ чемъ неповинный человѣкъ былъ арестованъ. Я самъ былъ свидѣтелемъ того, что творили большевики въ городѣ Лебединѣ. При мнѣ тамъ была разстрѣляна Екатерина Цвѣткова, мать четырехъ дѣтей, за то, что во время пребыванія нѣмцевъ въ Лебединѣ она работала у нихъ прачкой. Также были разстрѣляны братья Синельниковы, хорошіе сапожники, которые шили модельную обувь для нѣмецкихъ военныхъ. Разстрѣляли большевики и старика художника Иванцова за то, что его рисунками нѣмцы украсили стѣны своего клуба. Среди подвергшихся большевицкой расправѣ были и дѣти».

Разсказы о своихъ впечатлѣніяхъ лейтенантъ Николай Тороповъ заканчиваетъ такъ:

«Еще недавно я считалъ себя совѣтскимъ человѣкомъ. Но событія  послѣдняго времени и то, что я видѣлъ собственными глазами, заставили меня по иному смотрѣть на вещи. Я понялъ, что нашъ долгъ - безпощадно бороться противъ большевизма, до полнаго его уничтоженія. Въ газетѣ мою фамилію и имя можете называть полностью. Большевистскимъ головорѣзамъ не удастся отомстить моимъ родственникамъ: отецъ мой разстрѣлянъ въ 1937 году, мать умерла, когда я былъ еще маленькимъ, а жены тоже нѣтъ - погибла на фронтѣ сестрой милосердія.

Для меня теперь путь ясенъ: я буду честно драться съ врагами моего народа до полной побѣды надъ большевистскими извергами. Съ такимъ твердымъ рѣшеніемъ я и перешелъ линію фронта».

Такъ люди, еще симпатизировавшіе недавно совѣтской власти, убѣждаясь въ томъ, что большевизмъ безъ крови и насилія существовать не можетъ, переходятъ въ наши ряды для совмѣстной и безпощадной борьбы противъ палачей русскаго народа - жидо-большевиковъ.

 

(«Новый путь»)

 

Отвѣтъ «начальнику штаба»

 

«Командиру взвода бригады Каминского.

 Вы в настоящий момент находитесь в окружении партизан, поэтому через 30 минут вы должны дать ответ или сами лично явиться на переговоры. Если  вам не  будет возможности перейти сегодня, то дайте быстрый ответ о вашем будущем переходе. Направление держите на Воловую гору.

Ждем решающего ответа в указанный срок.

Зам. ком. партизанского отряда и Нач. штаба (подпись неразборчива)»

 

«Зам. командира и начальнику штаба партизанскаго отряда.

Ужъ слишкомъ короткій срокъ вы дали для отвѣта, хотя бы дали хорошенько подумать, а то сразу бухнули: «находитесь въ окруженіи».

Отъ этихъ словъ, признаться, у меня лѣвая пятка зачесалась. Вотъ что, сталинскіе ублюдки, вамъ мой совѣтъ: не расходуйте-ка зря бумаги, а то на курево, небось, не хватаетъ. А еще совѣтую впредь такую чепуху мнѣ, командиру, не писать, ибо ваше «немедленно» и угрозы просто вызываютъ отвращеніе къ такимъ горе-воякамъ, которые, боясь открытаго боя, стараются укусить изъ-за лѣса и способны только на грабежъ и прочія гадости.

По-моему, окружили - идите. Встрѣчу. Угостить есть чѣмъ. Больше уже вамъ и не хотѣлось бы писать, но припишу потому, что вы затронули больное мѣсто.

Вы пишите, что дѣйствительно ли я хочу сдѣлать пользу для своей Родины? Отвѣчаю. Да. Если бы мнѣ не была дорога Родина, я бы не взялъ оружія въ руки, а такъ какъ я ей дорожу, то за Родину я буду драться до тѣхъ поръ, пока не останется на родной землѣ ни одного кремлевскаго лизоблюда.

Въ вашей гарантіи безопасности не нуждаюсь потому, что самъ въ состояніи постоять за свою жизнь.

Остаюсь живъ и здоровъ.

Прошу впредь подобными глупостями не безпокоить.

Командиръ гарнизона Городецъ - Сушенковъ».

 

(«Страница добровольца»)

 

Порученіе.

 

Вотъ уже нѣсколько дней, какъ я пріѣхалъ въ Берлинъ, но мои личныя дѣла все еще не позволяли исполнить порученіе одного нѣмецкаго унтеръ-офицера, служившаго со мной въ одной части. Онъ передалъ мнѣ аккуратно упакованную посылочку съ какимъ-то замысловатымъ адресомъ. Ее надо было передать по назначенію.

Наконецъ, окончательно опредѣлившись на постоянное мѣсто жительство въ пригородѣ Берлина, я подъ вечеръ, захвативъ посылку, сѣлъ на дачный поѣздъ и отправился въ поиски адресата. Уже въ Берлинѣ въ пригородномъ поѣздѣ я ступилъ въ чрезвычайно сложныя переговоры о нахожденіи разыскиваемаго мѣста. Всѣ сидѣвшіе вокругъ меня пассажиры приняли самое живѣйшее участіе, но это результата никакого не дало. Ибо мои познанія въ нѣмецкомъ языкѣ были незначительны, а спутникъ говорили такъ быстро, что изъ всего сказаннаго я понялъ очень немногое.

Тогда я показалъ посылку, на крой былъ написанъ адресъ. Посылка переходила изъ рукъ въ руки и я, по старому совѣтскому обычаю, уже началъ слѣдить за ней, чтобы она не перекочевала въ мѣста мнѣ незнакомыя, но совѣтскій обычай здѣсь потерпѣлъ крахъ - посылка оказалась въ рукахъ пожилой нѣмки, которая, какъ оказалось, была выдѣлена для моего сопровожденія. На одной и остановокъ мы съ моей провожатой вышли, пересѣли на городскую желѣзную дорогу и, проѣхавъ двѣ-три станціи, выбрались на какую-то улицу.

Нѣмка долго и пространно объясняла мнѣ, какъ найти Грюнвальдштрассе, т.е. улицу адресата. Но надо признаться, что я понялъ только первую половину своего пути, а остальную я все-таки не уяснилъ.

Я чувствовалъ себя почему-то крайне неловко. Мнѣ казалось, что я получаю слишкомъ много вниманія. Пробормотавъ - спасибо, я сталъ раскланиваться. Моя провожатая, распрощавшись за руку, еще разъ объяснила направленіе и ушла въ какой-то переулокъ.

Пройдя нѣсколько кварталовъ широкой и прямой улицы, я все же для подкрѣпленія правильности моего пути, рѣшилъ еще разъ обратиться къ кому-либо изъ прохожихъ. Выбралъ я для этого одного старичка. Мнѣ думалось, что обращеніе къ женщинѣ можетъ быть  истолковано, какъ мое желаніе завязать съ ней знакомство. А этого я не хотѣлъ. Я не хотѣлъ, чтобы даже въ этомъ вопросѣ былъ намекъ на какую-либо безтактность мою какъ русскаго.

На первыя заученныя мною нѣмецкія фразы, маленькій, бѣленькій старичокъ, склонивъ голову на бокъ, отвѣтилъ, что ему извѣстна эта улица, а вотъ кратчайшаго пути къ ней онъ не знаетъ. Мы стали съ нимъ разсматривать адресъ на посылкѣ и вскорѣ же оказались въ окруженіи группы людей.

Узнавъ о томъ, что я не знаю адреса, вновь началось разъясненіе моего пути. Старичка оттерли, но послѣ первой же фразы, произнесенной мною по-русски, онъ быстро протиснулъ ко мнѣ и сказалъ:

- Батенька мой! Да вы - русскій! Что же вы раньше мнѣ этого не сказали.

Онъ оказался бѣлоэмигрантомъ. Съ переводчикомъ дѣло пошло быстрѣе. Дорога была указана, и черезъ десять минутъ я уже былъ на Грюнвальдштрассѣ.

У нѣмцевъ нумерація домой идетъ по одной сторонѣ, затѣмъ, дойдя до конца улицы, нумерація по восходящимъ цифрамъ возвращается по другой сторонѣ.

Имѣя свое цѣлью найти до номера 110, я устремился вдоль длинной улицы, отыскивая номера. Шелъ я уже порядочно, но ни нужнаго дома, ни конца улицы не было видно. Я остановился и спросилъ дѣвочку лѣтъ тринадцати о мѣстонахожденіи адреса. Дѣвочка указала мѣнѣ сторону противоположную восходящимъ номерамъ. Я началъ возражать,  она горячо настаивала. Произошелъ словесный бой. И когда у меня изсякъ весь запасъ нѣмецкихъ словъ,  она схватила меня за рукавъ и потащила  въ свою сторону. Доведя до дома, стоящаго на противоположной сторонѣ, она ткнула пальцемъ въ номерную дощечку и торжествующая въ своей побѣдѣ, гордо повернула назадъ.

На третьемъ этажѣ меня встрѣтила старушка. Проведя въ комнату и усадивъ въ кресло, она обстоятельно и подробно разспросила объ ея знакомомъ унтеръ-офицерѣ. Говорила она ясно и не торопясь. Я все понималъ. Была она въ очкахъ, фартукѣ и шлепанцахъ. Но столъ появилась бутылка холоднаго пива.  Вскорѣ я узналъ подробности жизни этой доброй женщины. Она сѣтовала на англо-американцевъ, которые зачѣмъ-то бомбятъ мирное населеніе, показала мнѣ своихъ попугайчиковъ, похвалилась и двумя красавицами кошками. Два часа нашей бесѣды протекли незамѣтно. А когда я уходилъ, она взяла слово, что я убуду навѣщать ее.

Уже вечеромъ, сойдя съ поѣзда, я возвращался домой. Дорога, обсаженная со всѣхъ сторонъ деревьями, вела къ моему жилищу. Я шелъ и думалъ. Я думалъ о томъ, что мое первое знакомство съ нѣмецкимъ народомъ состоялось. И я увидѣлъ не вражду и ненависть, о которой кричали и кричатъ большевики. Я увидѣлъ теплоту, добросердечіе и простоту германскаго народа ко мнѣ - чужеземцу. Никто изъ встрѣченныхъ мною не спрашивалъ меня - кто я, откуда; никто не призналъ меня шпіономъ и не свелъ въ полицію. Ни одинъ человѣкъ не отказался указать мнѣ дорогу.

Изъ-за поворота дороги вышелъ нѣмецъ. Поравнявшись со мной, онъ попривѣтствовалъ меня и спросилъ, нѣтъ ли у меня огня. Я досталъ и подалъ спички. Онъ медленно закурилъ, посмотрѣлъ на небо и, возвращая спички, сказалъ:

- Большое спасибо!

Потомъ вдругъ улыбнулся и добавилъ:

- Спокойной ночи русскій!

На что я съ признательностью отвѣтилъ:

- Спокойно ночи, добрый человѣкъ!

И каждый изъ насъ пошелъ своей дорогой.

 

(«Новый путь»)

 

 


Рейтинг@Mail.ru